Обо мне :)
От студентки иняза до Polina Kordik School of English
Проведя лучшие годы детства в деревне в Ростовской области и отучившись в немецкой спецшколе в Ростове-на-Дону, я поступила на бюджетное отделение переводческого факультета Московского государственного лингвистического университета, также известного как МГЛУ им. Мориса Тореза с немецким в качестве первого иностранного языка.
Поступила в роли статистической погрешности, не иначе.
С третьего курса начала работать диктором немецкой редакции радио «Голос России» и подрабатывать устным переводом. Главное, что я поняла за те пять лет ИнЯза — это то, как не надо преподавать иностранные языки. Историями из института сейчас иногда пугаю учеников, но исключительно для их же мотивации.
На момент окончания университета я успела поработать на пяти радиостанциях, из них две – в Германии. Поэтому вполне закономерно, что, получив диплом, я уехала в Штутгарт учиться на звукорежиссера.
Поступила в роли статистической погрешности, не иначе.
С третьего курса начала работать диктором немецкой редакции радио «Голос России» и подрабатывать устным переводом. Главное, что я поняла за те пять лет ИнЯза — это то, как не надо преподавать иностранные языки. Историями из института сейчас иногда пугаю учеников, но исключительно для их же мотивации.
На момент окончания университета я успела поработать на пяти радиостанциях, из них две – в Германии. Поэтому вполне закономерно, что, получив диплом, я уехала в Штутгарт учиться на звукорежиссера.
ИнЯз финиш ту? — Аскинг! Выпускница 2006 года.
Radio Days 2003–2007: Студия радио «Голос России" на Пятницкой в Москве, 2005 год
Но со звукорежиссурой не сложилось. Я вернулась в Москву и поступила в магистратуру Института лингвистики РГГУ, параллельно работая офисным планктоном.
А потом я сорвала джек-пот в виде стипендии Европейской Комиссии Erasmus Mundus для шведско-чешской магистрской программы, а заодно и последнего бюджетного места в Стокгольмском университете.
Поскольку между двумя магистрскими программами я выбрать так и не смогла, решила учиться на обеих параллельно.
Повторять свой опыт никому не советую, don't try this at home. Но в какой-то момент я ходила с четырьмя студенческими билетами из трех разных стран в рюкзаке. Один семестр в Чехии мне совсем не понравился, но даже в условиях взаимной антипатии мне все равно вручили «красный» диплом, который по иронии стал единственным таковым в моей коллекции.
А вот в «скандинавском Оксфорде» — Уппсальском университете — мне было очень хорошо. Занималась я там социолингвистикой и языковой политикой, а магистерскую работу защитила по мотивации изучающих немецкий в качестве второго иностранного.
А потом я сорвала джек-пот в виде стипендии Европейской Комиссии Erasmus Mundus для шведско-чешской магистрской программы, а заодно и последнего бюджетного места в Стокгольмском университете.
Поскольку между двумя магистрскими программами я выбрать так и не смогла, решила учиться на обеих параллельно.
Повторять свой опыт никому не советую, don't try this at home. Но в какой-то момент я ходила с четырьмя студенческими билетами из трех разных стран в рюкзаке. Один семестр в Чехии мне совсем не понравился, но даже в условиях взаимной антипатии мне все равно вручили «красный» диплом, который по иронии стал единственным таковым в моей коллекции.
А вот в «скандинавском Оксфорде» — Уппсальском университете — мне было очень хорошо. Занималась я там социолингвистикой и языковой политикой, а магистерскую работу защитила по мотивации изучающих немецкий в качестве второго иностранного.
Но самым любимым университетом для меня навсегда останется Стокгольмский, мой родной Alma Mater. Более счастливой, насыщенной и интересной учебы и исследовательской работы я себе представить не могла.
Я поступила на English Linguistics, но разрывалась между кафедрой английского и Институтом билингвизма, где учеба велась только на шведском. А он у меня был очень далек от нужного уровня, с которого принимали на курс. Тогда-то я и узнала, как сильнейшая мотивация поднимает человека с уровня Elementary до Upper-Intermediate за несколько месяцев.
В итоге, я все-таки смогла перейти в Институт билингвизма, который впоследствии и закончила. Занималась теориями освоения языков, а диссертацию защитила по эмотивному лексикону билингвов на материале шведского языка. Я в своем исследовании решила разобраться, что сильнее влияет на усвоение слов, выражающих эмоции: естественная языковая среда или искусственная.
Для этого я набрала группу русских, живущих в Швеции и другую группу русских, живущих в России, но изучающих шведский. Ради исследования даже пришлось изучить статистический анализ (кстати, считаю тот курс самым полезным в своей жизни).
А в результате оказалось, что мотивация и искусственная языковая среда больше помогают усваивать язык, чем естественная!
На каникулах я ездила разминать мозги на месячные интенсивные языковые курсы в Норвегию, Исландию и на Фарерские острова (спасибо щедрым скандинавским грантам и стипендиям!).
Опыт изучения в этих трех странах оказался очень разным. Фарерцы учили по-старинке, с grammar-translation и занудными упражнениями, а исландцы — наоборот, по ультра-современной коммуникативной методике, заставляя нас бегать по Рекьявику с определенной коммуникативной задачей, записывать себя (о ужас) на диктофон, говоря по-исландски, и потом рассказывать об этом в классе!
С тех пор хвастаюсь тем, что могу (худо-бедно) коммуницировать на всех скандинавских языках. Могу прочитать текст, понять его процентов на 80, но не понять, датский ли это или одна из форм норвежского…
Я поступила на English Linguistics, но разрывалась между кафедрой английского и Институтом билингвизма, где учеба велась только на шведском. А он у меня был очень далек от нужного уровня, с которого принимали на курс. Тогда-то я и узнала, как сильнейшая мотивация поднимает человека с уровня Elementary до Upper-Intermediate за несколько месяцев.
В итоге, я все-таки смогла перейти в Институт билингвизма, который впоследствии и закончила. Занималась теориями освоения языков, а диссертацию защитила по эмотивному лексикону билингвов на материале шведского языка. Я в своем исследовании решила разобраться, что сильнее влияет на усвоение слов, выражающих эмоции: естественная языковая среда или искусственная.
Для этого я набрала группу русских, живущих в Швеции и другую группу русских, живущих в России, но изучающих шведский. Ради исследования даже пришлось изучить статистический анализ (кстати, считаю тот курс самым полезным в своей жизни).
А в результате оказалось, что мотивация и искусственная языковая среда больше помогают усваивать язык, чем естественная!
На каникулах я ездила разминать мозги на месячные интенсивные языковые курсы в Норвегию, Исландию и на Фарерские острова (спасибо щедрым скандинавским грантам и стипендиям!).
Опыт изучения в этих трех странах оказался очень разным. Фарерцы учили по-старинке, с grammar-translation и занудными упражнениями, а исландцы — наоборот, по ультра-современной коммуникативной методике, заставляя нас бегать по Рекьявику с определенной коммуникативной задачей, записывать себя (о ужас) на диктофон, говоря по-исландски, и потом рассказывать об этом в классе!
С тех пор хвастаюсь тем, что могу (худо-бедно) коммуницировать на всех скандинавских языках. Могу прочитать текст, понять его процентов на 80, но не понять, датский ли это или одна из форм норвежского…
Обнимаю карту родного кампуса Стокгольмского университета, 2012 год.
Примерно два года я проработала преподавателем русского, немецкого и английского в школах, гимназиях и детских садах Стокгольма. Опыт был очень интересный, но нервы пришлось закалить. Поэтому работу в школе я в итоге оставила и переключилась на частное преподавание.
А потом я встретила петербуржца, вышла за него замуж и поселилась в Питере. Тут я и начала свою третью «карьеру», в которой главную роль стал наконец-то играть мой третий очень любимый язык — английский.
За три с лишним года я прошла всю линейку Кембриджских экзаменов для учителей (TKT, CELTA, Delta) и изучающих (CAE, CPE), доползла до верха шкалы уровня С2 и прошла два больших и серьезных курса по тестологии и оценке уровня знаний (assessment) в Англии.
Еще в Швеции я так набегалась в детских садах за маленькими билингвами, что поняла, что преподавать детям — это не мое.
Поэтому фокус был определен сразу: экзамены и высокие уровни.
Впрочем, зная мою любовь ко всяким экзаменам, это было неудивительно и даже ожидаемо. В какой-то момент меня стали приглашать выступать на конференциях, проводить вебинары и семинары для учителей, а потом на телевидение – рассказывать про языки.
А потом я встретила петербуржца, вышла за него замуж и поселилась в Питере. Тут я и начала свою третью «карьеру», в которой главную роль стал наконец-то играть мой третий очень любимый язык — английский.
За три с лишним года я прошла всю линейку Кембриджских экзаменов для учителей (TKT, CELTA, Delta) и изучающих (CAE, CPE), доползла до верха шкалы уровня С2 и прошла два больших и серьезных курса по тестологии и оценке уровня знаний (assessment) в Англии.
Еще в Швеции я так набегалась в детских садах за маленькими билингвами, что поняла, что преподавать детям — это не мое.
Поэтому фокус был определен сразу: экзамены и высокие уровни.
Впрочем, зная мою любовь ко всяким экзаменам, это было неудивительно и даже ожидаемо. В какой-то момент меня стали приглашать выступать на конференциях, проводить вебинары и семинары для учителей, а потом на телевидение – рассказывать про языки.
Слева направо: Scott Thornbury, Michael McCarthy, Jeremy Harmer
По итогам 2018-19 академического года мне в лице моего маленького свечного заводика Polina Kordik School of English был присвоен статус Official Cambridge Preparation Centre.
Это официальное признание Кембриджским университетом эффективности и результативности моей программы подготовки к экзаменам FCE, CAE, CPE.
В июне 2019 года мы с моей командой провели первую экзаменационную сессию для моих учеников в Петербурге.
Экзамены сдали 100% учеников!
С 2019-20 академического года мой «свечной заводик» Polina Kordik School of English перерос в небольшую, но очень крепкую команду профессионалов.
В июне 2019 года мы с моей командой провели первую экзаменационную сессию для моих учеников в Петербурге.
Экзамены сдали 100% учеников!
С 2019-20 академического года мой «свечной заводик» Polina Kordik School of English перерос в небольшую, но очень крепкую команду профессионалов.
Преподавателей моей команды объединяют следующие факты:
• Они прошли курс подготовки к CAE или CPE лично у меня в течение года и успешно сдали экзамен, к которому готовились;
• У них есть высшее лингвистическое или педагогическое образование и/или преподавательская квалификация Кембриджского университета TKT/CELTA/Delta;
• Каждые три месяца они проходят методический аудит у опытного Delta-тьютора и ассессора. В разные годы им оказывались Татьяна Половинкина или Ольга Коннолли;
• Прежде, чем получить должность преподавателя, они прошли стажировку в моей школе в течение полного академического года.
Такие жесткие критерии отбора помогли мне создать команду потрясающих профессионалов и прекрасных людей, а наши курсы стали еще насыщеннее и разнообразнее. После первого года работы в команде я сказала, что наш коллективный мозг превзошел мой собственный.
• Они прошли курс подготовки к CAE или CPE лично у меня в течение года и успешно сдали экзамен, к которому готовились;
• У них есть высшее лингвистическое или педагогическое образование и/или преподавательская квалификация Кембриджского университета TKT/CELTA/Delta;
• Каждые три месяца они проходят методический аудит у опытного Delta-тьютора и ассессора. В разные годы им оказывались Татьяна Половинкина или Ольга Коннолли;
• Прежде, чем получить должность преподавателя, они прошли стажировку в моей школе в течение полного академического года.
Такие жесткие критерии отбора помогли мне создать команду потрясающих профессионалов и прекрасных людей, а наши курсы стали еще насыщеннее и разнообразнее. После первого года работы в команде я сказала, что наш коллективный мозг превзошел мой собственный.
Команда Polina Kordik School of English, 2026 год.
В 2019-20 году мы снова провели Exam Event в Питере и подтвердили статус статус Official Cambridge Preparation Centre даже несмотря на пандемию. Результаты 89 наших кандидатов можно увидеть здесь.
В мае 2020 года я в третий раз сдала CPE и получила 228 баллов из 230 возможных. Между первой сдачей на «В» (215 баллов) и третьей прошло целых 4 года…
Летом 2021 года к нам в Питер на третий Exam Event приехали аж 107 человек! Кораблик пришлось снимать уже двухпалубный. Еще почти столько же наших выпускников сдавали экзамены у себя дома.
За такие успехи и масштабы Кембридж вручил нам наивысший статус подготовительного центра — Cambridge Ambassador! Мы единственная школа в России, кто получил такой же высокий статус от Кембриджа, готовя своих кандидатов исключительно к FCE/CAE/CPE.
Летом 2021 года к нам в Питер на третий Exam Event приехали аж 107 человек! Кораблик пришлось снимать уже двухпалубный. Еще почти столько же наших выпускников сдавали экзамены у себя дома.
За такие успехи и масштабы Кембридж вручил нам наивысший статус подготовительного центра — Cambridge Ambassador! Мы единственная школа в России, кто получил такой же высокий статус от Кембриджа, готовя своих кандидатов исключительно к FCE/CAE/CPE.
Кембриджский «Оскар» и я. Декабрь 2021 года.
В 2020-23 годах я отвечала за разработку компонентов Reading & Writing всех курсов Школы и серьезно занималась изучением теорий обучения чтению и письму на высоких уровнях. Этот интерес привел меня… В Оксфордский университет, где в 2021 году я изучала теорию литературы. Мой интерес к литературе выражается как в коллекционировании книг, так и в чтении их, конечно же. В2020 году я прочитала 75 книг, а в 2021 и 2022 по 100 книг в год!
2022 год стал испытанием и для нашей Школы, но заставил адаптироваться к новой реальности. С июня 2022 года во время Exam Event мы теперь проводим свой собственный выпускной экзамен в точности как у Кембриджа, только еще даем индивидуальную обратную связь каждому участнику экзамена.
Создавать и проводить собственный экзамен — невероятно сложно, но очень интересно. О том, как мы это делаем, я писала тут.
В 2023 году более 50 наших выпускников сдали выпускной экзамен Школы, а мы провели пятый Exam Event с вечеринкой на корабле в Санкт-Петербурге и вручили сертификаты с результатами экзамена через двое суток после его окончания.
Мы очень гордимся тем, что многие наши кандидаты после выпускного экзамена сдали Кембриджский за границей и получили те же оценки, что и у нас, а иногда и точно повторили балл.
Создавать и проводить собственный экзамен — невероятно сложно, но очень интересно. О том, как мы это делаем, я писала тут.
В 2023 году более 50 наших выпускников сдали выпускной экзамен Школы, а мы провели пятый Exam Event с вечеринкой на корабле в Санкт-Петербурге и вручили сертификаты с результатами экзамена через двое суток после его окончания.
Мы очень гордимся тем, что многие наши кандидаты после выпускного экзамена сдали Кембриджский за границей и получили те же оценки, что и у нас, а иногда и точно повторили балл.
Как прошел наш выпускной экзамен в июне 2023 года
А еще в 2023 году начался новый этап в моей карьере — я стала докторанткой университета Хельсинки факультета Educational Sciences. Это лучший университет континентальной Европы по этой специальности и 21-й в мировом зачете.
Моя программа называется Doctorate in Cognition, Learning, Instruction and Communication, и заниматься я там буду исследованием преподавателей английского языка, для которого он не является родным. И буду пытаться ответить на вопрос, почему у кого-то повышение квалификации и тренинги ведут к изменениям их взглядов на изучения языка и практику преподавания, а у кого-то нет. И какие факторы на это влияют.
В нашей Школе я с осени 2023 года отвечаю за разработку и проведение методических курсов. Мы успешно запустили методический сериал из трех новых курсов по теориям изучения языка, методам преподавания и психологии обучения, которые складываются в систему качественного и серьезного повышения квалификации преподавателей иностранных языков. За 2023-26 год более 500 преподавателей прошли это обучение, и с сентября 2026 года мы полностью обновляем эту линейку методических курсов в соответствии с новейшими научными данными.
Финляндия открыла дорогу новому исследователю педагогики и обучения. Июль 2023.
В 2024-26 годах я стала регулярно выступать на крупнейших и авторитетных международных конференциях . К этому моменту у меня уже был большой опыт выступлений на крупнейших ELT-конференциях в России — от обычных докладов до пленарных выступлений на YarConf, TrendyEnglish, Insight и SkyTeach.
Но на IATEFL, одной из главных международных конференций для преподавателей английского, свою профессиональную репутацию пришлось выстраивать заново: в 2022 году мою заявку отклонили, в 2023-м предложили постер, а в 2024-м вместо заявленных 30 минут дали всего три. Я решила использовать эти три минуты по максимуму: сократила и отполировала доклад, выступила — и с этого момента началась уже совсем другая траектория.
С 2024 года я выступаю на IATEFL каждый год: в 2025 году получила полноценный 45-минутный слот, а в 2026-м снова выступала 45 минут перед аудиторией около 100 человек и впервые участвовала в конференции еще и как ментор для других спикеров.
Но на IATEFL, одной из главных международных конференций для преподавателей английского, свою профессиональную репутацию пришлось выстраивать заново: в 2022 году мою заявку отклонили, в 2023-м предложили постер, а в 2024-м вместо заявленных 30 минут дали всего три. Я решила использовать эти три минуты по максимуму: сократила и отполировала доклад, выступила — и с этого момента началась уже совсем другая траектория.
С 2024 года я выступаю на IATEFL каждый год: в 2025 году получила полноценный 45-минутный слот, а в 2026-м снова выступала 45 минут перед аудиторией около 100 человек и впервые участвовала в конференции еще и как ментор для других спикеров.
Еще одной важной частью моего выхода в международное профессиональное и академическое пространство стала International Association for the Psychology of Language Learning (IAPLL) — сообщество исследователей, занимающихся психологией изучения и преподавания языков. В 2024 году я впервые выступила на ее конференции Psychology of Language Learning в Мадриде. Для меня эта поездка оказалась особенно важной еще и потому, что там я лично познакомилась с ведущими исследователями в этой области — людьми, чьи статьи и книги формируют современное понимание мотивации, эмоций, wellbeing и других психологических аспектов изучения языков.
В 2026 году я снова выступила на Psychology of Language Learning — на этот раз в Шаньтоу, Китай, — и в том же году вошла в президиум ассоциации IAPLL как Early Career Representative. На ближайшие как минимум два года одной из моих основных задач в ассоциации стала поддержка молодых исследователей — прежде всего докторантов и магистров: организация профессиональных встреч, создание возможностей для общения с ведущими учеными и помощь в развитии их академической карьеры. Так участие в международном сообществе постепенно переросло для меня из выступлений на конференциях в непосредственную работу внутри самой профессиональной ассоциации.
В 2026 году я снова выступила на Psychology of Language Learning — на этот раз в Шаньтоу, Китай, — и в том же году вошла в президиум ассоциации IAPLL как Early Career Representative. На ближайшие как минимум два года одной из моих основных задач в ассоциации стала поддержка молодых исследователей — прежде всего докторантов и магистров: организация профессиональных встреч, создание возможностей для общения с ведущими учеными и помощь в развитии их академической карьеры. Так участие в международном сообществе постепенно переросло для меня из выступлений на конференциях в непосредственную работу внутри самой профессиональной ассоциации.
В 2024 году я запустила еще один очень важный для меня проект — конференцию SPringBoard, концепцию которой придумала сама. Мне хотелось сделать конференцию не про бесконечную череду коротких докладов и параллельных потоков, а про глубину: небольшое количество тщательно отобранных выступлений, время действительно погрузиться в тему, живое общение со спикерами и материалы, к которым можно вернуться после конференции. Первый SPringBoard прошел очно в Петербурге и был полностью распродан, а уже со второго года проект вырос в формат, соединяющий очную конференцию и тренинги с отдельным международным онлайн-днем.
Особая часть SPringBoard — психология обучения и прямая связь современной науки с реальной преподавательской практикой. На онлайн-дне выступают ведущие международные исследователи и авторы со всего мира: среди спикеров разных лет — Jean-Marc Dewaele, Stephen Ryan, Chengchen Li, Christina Gkonou, Tammy Gregersen, Zhisheng Wen, Mark Wyatt, Pia Resnik, Christine Muir и другие ученые мирового уровня.
Они рассказывают преподавателям о новейших исследованиях мотивации, эмоций, wellbeing, self-efficacy, рабочей памяти и других аспектов психологии обучения — и переводят научное знание в то, что можно использовать в классе. За три года SPringBoard превратился из моей идеи в устойчивый ежегодный международный проект, и в 2027 году пройдет уже в четвертый раз.
Они рассказывают преподавателям о новейших исследованиях мотивации, эмоций, wellbeing, self-efficacy, рабочей памяти и других аспектов психологии обучения — и переводят научное знание в то, что можно использовать в классе. За три года SPringBoard превратился из моей идеи в устойчивый ежегодный международный проект, и в 2027 году пройдет уже в четвертый раз.
Еще одним важным направлением моей работы стало создание образовательных программ, которые соединяют современную науку и реальную преподавательскую практику. В начале 2026 года я создала первый в российском ELT фундаментальный курс по доказательному образованию — Evidence-based Language Learning and Teaching.
Для него я изучила более 200 научных статей, систематических обзоров и мета-анализов и собрала в единую систему то, что современная наука действительно знает об обучении: от памяти, внимания и когнитивной нагрузки до освоения лексики и грамматики, исправления ошибок, чтения и использования родного языка.
Для меня принципиально важно не давать преподавателям очередной набор «полезных советов», а учить их отличать сильные доказательства от модных идей, профессиональной интуиции и псевдонауки.
Для него я изучила более 200 научных статей, систематических обзоров и мета-анализов и собрала в единую систему то, что современная наука действительно знает об обучении: от памяти, внимания и когнитивной нагрузки до освоения лексики и грамматики, исправления ошибок, чтения и использования родного языка.
Для меня принципиально важно не давать преподавателям очередной набор «полезных советов», а учить их отличать сильные доказательства от модных идей, профессиональной интуиции и псевдонауки.
Следующим шагом стал курс Motivation: Biology, Psychology, and Environment — новаторская программа, в которой я рассматриваю мотивацию не как набор приемов «как заинтересовать ученика», а как сложную систему биологических, эмоциональных, когнитивных, социальных и поведенческих механизмов.
При подготовке курса я проработала более 580 современных научных публикаций и объединила данные из психологии мотивации, нейронаук и образовательной психологии с практикой преподавания языков. В результате преподаватель учится видеть за привычными ярлыками вроде «ленивый» или «немотивированный» стресс, потребности, цели, эмоции, особенности среды и другие механизмы — и на основании этого принимать более точные профессиональные решения.
При подготовке курса я проработала более 580 современных научных публикаций и объединила данные из психологии мотивации, нейронаук и образовательной психологии с практикой преподавания языков. В результате преподаватель учится видеть за привычными ярлыками вроде «ленивый» или «немотивированный» стресс, потребности, цели, эмоции, особенности среды и другие механизмы — и на основании этого принимать более точные профессиональные решения.
В 2025 году у меня родился сын, и вместе с этим в моей профессиональной жизни появилось еще одно направление, которое теперь интересно мне не только как исследователю, но и очень лично. Я начала особенно глубоко разбираться в раннем изучении языков, раннем и параллельном билингвизме и билингвальном развитии дошкольников: в том, как дети осваивают два языка с самого раннего возраста, что на самом деле известно об этом из исследований и какие представления родителей и педагогов подтверждаются наукой, а какие — нет.
Сейчас мы разрабатываем несколько образовательных проектов в этой области. Как и в других моих программах, мне важно строить их не на отдельных методиках, личных историях или популярных представлениях о билингвизме, а на современной исследовательской базе и принципах доказательного образования — и переводить научное знание в понятные и практически применимые решения для родителей и педагогов.
И несмотря на то, что иногда мне кажется, что я работаю даже во сне, я искренне считаю, что у меня самая лучшая профессия в мире!
Список всех моих дипломов, сертификатов и курсов можно посмотреть здесь.
Сейчас мы разрабатываем несколько образовательных проектов в этой области. Как и в других моих программах, мне важно строить их не на отдельных методиках, личных историях или популярных представлениях о билингвизме, а на современной исследовательской базе и принципах доказательного образования — и переводить научное знание в понятные и практически применимые решения для родителей и педагогов.
И несмотря на то, что иногда мне кажется, что я работаю даже во сне, я искренне считаю, что у меня самая лучшая профессия в мире!
Список всех моих дипломов, сертификатов и курсов можно посмотреть здесь.
